Саммит НАТО: рычагов давления на Россию больше нет

 Саммит НАТО: рычагов давления на Россию больше нет

Джо Байден посетил Европу. Провёл саммит НАТО, поучаствовал во встрече «большой семёрки», произнёс речь по итогам обоих мероприятий. Речь надо сказать прелюбопытнейшую.

Прежде всего, Байден пригрозил России решительным ответом США в случае применения ВС РФ химического оружия. Так и сказал, мол, уже есть разведданные о подобных намерениях Москвы.

То, что это чушь, понятно любому вменяемому человеку. В условиях плотных городских боёв, когда нацисты из ВСУ используют гражданских как живой щит, применять химоружие может только законченный кретин. Лучшей картинки для западных СМИ, и так уже выставляющих русских какими-то нелюдями, и не придумаешь. Но опыт Сирии подсказывает, что англосаксы вполне способны пойти на такую провокацию (им-то как раз на людей наплевать), или, по крайней мере, её инсценировать. Организуют быстренько какие-нибудь украинские «белые каски» (если уже этого не сделали) и вперёд. Так что относиться к этому заявлению Байдена надо со всей серьёзностью.

Ещё одним важным пунктом из речи хозяина Белого дома стало его послание украинскому руководству с плохо завуалированным советом согласиться на отказ от части территории (как того требует Россия, называя Крым и Донбасс), чтобы сохранить оставшуюся Украину.

Как уже отметили украинские комментаторы, всё это очень напоминает рекомендации времён 2014 года, когда в администрации Барака Обамы настаивали, чтобы Киев не воевал с русскими за Крым, и попахивает очередной «зрадой». Вряд ли стоит напоминать, что Джо Байден был в то время вице-президентом США и даже курировал в Вашингтоне украинское направление. История повторяется? Посмотрим.

И всё же главной задачей, которую должен был выполнить брюссельский вояж лидера США, была работа с их европейскими союзниками.

«Цель саммита — обеспечить абсолютное единство по трём важнейшим вопросам», — заявил американский президент.

Во-первых, это оказание военной и гуманитарной помощи Украине. С гуманитаркой, как показывает опыт и данные из украинских и польских источников (выброшенные на границе коробки с вещами, пенопласт вместо маргарина и так далее), пока всё сложно. Зато с точки зрения накачивания Украины оружием — всё отлично. Изначальная установка «воевать до последнего украинца» выполнятся чётко. Никаких возражений по этому поводу у западных лидеров нет. Единство достигнуто.

Во-вторых, это укрепление восточного фланга союзников по НАТО. Здесь тоже всё по плану. Подразделения американских войск, базирующиеся в Европе, подгоняются поближе к западной украинской границе. Пополнение из-за океана (оружием и живой силой) приходит регулярно. Транспортники ВВС США типа «Геркулес» ежедневно приземляются на польских аэродромах в восточной части страны. В Болгарии и Румынии картина та же. Констатируем: и здесь с натовским единством всё в ажуре.

Ну и наконец, пункт третий: введение существенных санкции в отношении России с тем, чтобы нанести ущерб российской экономике и «наказать Путина». А вот тут уже наблюдаются проблемы и весьма существенные.

Проблемность эта даже нашла отражение в мимике и жестах главы Соединённых Штатов. Так, когда Байдена спросили о поддержке действий России со стороны Китая, он скривил такую недовольную мину, что не заметить этого было просто невозможно. Рассуждая же о новых санкциях, американский президент рефлекторно почесал себя по затылку. Видимо, задумался.

«Я не сказал, что на самом деле санкции будут устрашающим фактором для него, сдерживающим. Санкции никогда не сдерживают. Вы всё время это повторяете… Санкции никогда не являются устрашающим фактором, главное в санкциях — это заставить почувствовать боль вот эту вот. И почему я сегодня здесь? Для того, чтобы убедиться, что через месяц мы будем продолжать делать то, что мы делаем сейчас. И не только через месяц, а просто до конца года. И вот это вот его остановит», — довольно витиевато ответствовал Байден на вопрос одного из журналистов.

Говоря «его», он, конечно же, имел в виду президента России Владимира Путина. Это его надо сдержать, остановить, напугать и дать ему почувствовать боль. Но пока эту самую боль как-то всё сильнее ощущают другие, прежде всего европейцы.

С новыми санкциями с самого начала не задалось. Быстренько ударив Россию по наиболее уязвимому месту — финансам, наши «западные партнёры», как-то сразу успокоились и подумали, что этого будет вполне достаточно и цель достигнута. Но потом, внезапно, пришло осознание, что всё не так просто. И зависимость Европы от России ничуть не меньше, чем наша от них, а кое-где даже и больше. Можно прожить без нового смартфона. Многие не поверят, но даже и без старого можно прожить. Можно заново научится платить за товары наличкой, а не пластиком. Можно ещё много чего. А вот если ни так, ни эдак за свои деньги купить будет нечего, если просто на мягких лапах подступает продуктовый кризис, вот тогда и начинаешь понимать, почём фунт лиха.

И это я сейчас не о перебоях с сахаром. Это всё временно, «белой смерти», как её любят называть апологеты ЗОЖ, у нас много, гораздо больше, чем нужно самим. Это я про пшеницу, рожь и прочие зерновые, основным экспортёром которых являются Россия и Украина, и острую нехватку чего скоро почувствует на себе без преувеличения весь мир.

Правда вот, Байден заверил Европу, что накормит её американской и канадской пшеницей, но при этом порекомендовал своим европейским друзьям вывоз продовольствия за пределы ЕС всё-таки ограничить. Большого энтузиазма у лидеров Европы это, естественно, не вызвало.

Так, канцлер ФРГ Олаф Шольц заявил, что страны «семёрки» договорились принимать новые санкции против России, только в случае, если будет необходимо (при этом никаких конкретных мер оговорено не было), чем, по сути, признал, что западный санкционный арсенал исчерпан, дальше уже начинается стрельба в ногу себе любимым.

Президент Франции Эмманюэль Макрон неожиданно рассказал, что оказывается никакого прямого запрета французским компаниям на работу в России нет, и каждый волен сам выбирать, как ему поступить. Любопытно, что сказано это было именно сейчас, накануне президентских выборов в Пятой республике, что даёт возможность сделать кое-какие выводы о реальных настроениях во французском обществе.

Премьер Бельгии Александр де Кро, комментируя слухи о полном отказе от российского газа, отметил, что «главный принцип, которому следует Еврокомиссия — санкции должны нести большие негатива для России, а не для Европы».

«Мы не воюем сами с собой, мы не будем принимать меры, которые делают нас слабее. Это имело бы разрушительные последствия для европейской экономики. Я не считаю это необходимым», — заявил глава бельгийского кабмина.

Это он так, видимо отвечал, на недавнюю реплику председателя Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен, назвавшей российское требование рассчитываться за газ в рублях «односторонним решением и явным нарушением контракта».

«Это являлось бы попыткой обойти санкции. Мы не допустим действий в обход наших ограничений. Время, когда энергетика могла использоваться для шантажа, прошло», — произнесла фон дер Ляйен, явно не желая отказываться от плакатного стиля изложения своих мыслей.

Вот только на родине фрау Урсулы, в Германии, её энтузиазма и готовности идти до конца, лишь бы наказать «этих русских», разделяют далеко не все. Так, результаты опроса, проведённого по заказу журнала Spiegel социологическим институтом Civey, свидетельствуют, что большинство жителей Германии выступают против отказа от поставок газа из России: 48% против введения эмбарго, 11% затруднились ответить. А 41% немцев поддержали бы подобный запрет. Но это до первых холодов и пустых полок в супермаркетах.

Так или иначе, коллективный Запад стоит на пороге осознания невозможности дальнейшего усиления антироссийского давления. Более того, в какой-то мере он испытывает проблемы даже с поддержанием нынешнего уровня. Всё это становится слишком опасно для благополучия западного обывателя. А своё личное благополучие они не поставят под угрозу никогда. И мировая история уже не раз это доказывала.

Материал взят отсюда

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector