Оставление Херсона еще может «окупиться»

Оставление Херсона еще может "окупиться"

Военный эксперт Борис Рожин о возможности «заморозки» конфликта, планах Киева, насыщении боевых порядков и стратегическом партнёрстве с Тегераном

Пора бить по газовым хранилищам

— 15 ноября после долгого перерыва вновь был нанесен массированный удар по объектам энергетической инфраструктуры Украины. Насколько вероятно, что речь идёт о повышении ставок перед переговорами?

— На мой взгляд, удары будут продолжаться безотносительно продолжения закрытых консультаций между США и РФ. 

На текущий момент нет предпосылок к заморозке конфликта, и все ведет к активной зимней кампании, что, в свою очередь, требует интенсификации ударов по энергосистеме противника. Это будет иметь критические последствия для его тыла в условиях зимней кампании 2022-2023 гг. Уверен, что это не последний такой комплексный удар. 

На мой взгляд, также актуален вопрос ударов по наземной инфраструктуре подземных газовых хранилищ.

Борьба за инициативу

— Так что мы увидим с большей вероятностью — зимнюю «заморозку» или полноценную зимнюю кампанию?

— Без сомнения, зимнюю кампанию. Полной заморозки фронта не будет. 

На ряде направлений будут продолжаться интенсивные боевые действия — прежде всего, это Авдеевское, Артемовское, Угледарское и Сватовские направления. Плюс, вероятно, противник попробует наступать в Запорожской области. 

Так что борьба за оперативно-стратегическую инициативу продолжится.

«Хаймарсы» — это надолго

— ВСУ всё чаще используют «Хаймарсы» для ударов по второстепенным гражданским объектам. Значит ли это, что Киев обладает таким количеством снарядов, что может их не экономить? Или же наши военные научились успешно им противодействовать?

— Можно отметить, что за последние месяцы силы ПВО ВС РФ смогли подстроиться под РСЗО противника, и процент уничтоженных ракет неуклонно повышается, хотя о гарантированном перехвате всех ракет речь еще не идет, особенно в условиях роевых пусков. 

Кроме того, ВС РФ более эффективно применяют тактику рассредоточения сил, стараясь не подставляться под удары РСЗО по крупным складам и скоплениям пехоты (хотя до сих пор бывают эпизоды, когда потерь избежать из-за подобных недоработок не удается).

Насчет того, что у противника закончатся ракеты, я бы не беспокоился — США поставят столько, сколько нужно. Вот «Точки-У» в основном уже вышли, так что ракеты для HIMARS в долгосрочной перспективе будут главным противником для наших ПВО.

Киев ищет плацдармы

— Достаточно ли у ВСУ на южном направлении сил для форсирования Днепра?

— С количественной точки зрения достаточно, но нехватка переправочных средств и проблемы со снабжением войск на Левобережье при попытке десанта делают его перспективы сомнительными. 

Пока что противник ограничивается активностью ДРГ и прощупываем обороны наших войск. Если нащупает слабости, будет пробовать активизировать усилия по захвату плацдарма. Плюс, наверняка, попробует хотя бы для фотосессии повесить укрофлаг на Кинбурнской косе. Одну неудачную попытку десанта наши войска уже отбили. Но, наверняка, будут и другие, как с о. Змеиным. Противник просто понял, что с наскока взять не получится, и теперь будет действовать по науке, подтягивая артиллерию и выявляя нашу оборону в районе косы.

Выводы по Херсону делать рано

— Сейчас, без эмоций, как бы Вы оценили оставление Херсона? Действительно город невозможно было удержать?

— Всей оперативной обстановки на момент принятия решения на отход у меня, конечно, на руках нет. Решение явно было принято еще во второй половине октября, и в последние недели перед отходом проводились различные мероприятия, связанные с эвакуацией населения, военной техники, ценного имущества, а также различные дезинформационные мероприятия, направленные на обеспечения отхода войск. 

В итоге войска в полной боеспособности смогли отойти, понеся незначительные потери, в то время как противник даже на этапе занятия оставленных территорий понес куда как большие потери в людях и технике. 

С военной точки зрения, отход сам по себе был организован грамотно. С точки зрения стратегии, оставление российского областного центра без серьезной обороны — очевидная военная неудача, и выставлять это за некую победу и хитрый маневр было бы глупо.

Херсон, согласно официальной логике, был оставлен по причине проблем со снабжением и желания вытащить с плацдарма на правом берегу наиболее боеспособные части для предстоящих наступательных операций. По факту, если в ближайшие пару месяцев ВС РФ проведут успешные наступления и добьются успеха, применяя, в том числе, и части, выведенные с Херсона, это позволит говорить, что такой отход был оправдан, примерно как отход частей Стрелкова из Славянска окупился участием этих частей в боях к югу от Донецка, что имело важнейшее оперативное значение в ходе летней кампании 2014 г. 

С политической точки зрения, оставление Херсона, безусловно, произвело тягостное впечатление на российское общество. 

В конечном итоге, если ВС РФ вернут оперативную инициативу, то отход из Херсона в обществе будет восприниматься как маневр. Если же серьезных успехов в ближайшие месяцы не будет, то это будет восприниматься просто как отступление и сдача областного центра. Так что конечная оценка оставления Херсона сформируется в течение зимы. Относительно возможности оборонять Херсон, полагаю, что если бы была задача оборонять город и далее, его бы обороняли, несмотря на все проблемы.

«Мобики» прибывают на фронт

— Начинает ли ощущаться эффект от насыщения боевых порядков мобилизованными военнослужащими?

— На текущем этапе менее 1/3 от всех мобилизованных задействованы на фронте. Прибытие основной массы ожидается в декабре, что, безусловно, повысит возможности ВС РФ по ведению как оборонительных, так и наступательных действий. 

Мобилизованных уже активно используют на Херсонском, Запорожском и Сватовском направлениях. Разумеется, есть различные косяки, связанные со снабжением, слаживанием, дисциплиной и т.д., но если брать в целом, можно отметить, что на том же Сватовском направлении фронт фактически стабилизировался — Сватово противник грозился занять 17 октября. Сегодня уже 17 ноября — фронт плюс/минус там же. 

Необходимо усиливать вопросы снабжения и качества обучения мобилизованных бойцов, тогда эффект от их присутствия на фронте будет возрастать.

Ядерная угроза никуда не делась

— Тема применения Украиной «грязной бомбы» отошла на второй план. Опасность миновала?

— Я думаю эта угроза не исчезнет, пока у власти в Киеве остается нацистский режим, у которого остаются возможности по созданию и применению такой бомбы. Уверен, что этот сценарий не снят с повестки дня, просто выведен временно на второй план, как это неоднократно происходило с «химическими атаками Асада» в Сирии, которые повторялись после некоторых пауз.

«Грязная бомба» весьма удобна для поднятия ставок, особенно в случае дальнейшего роста угрозы прямого военного столкновения РФ и НАТО.

Об иранских ракетах мы узнаем по факту

— Насколько правдивы сведения о затягивании Тегераном новых поставок?

— На практике, в открытом доступе нет реальной информации о параметрах военно-технического сотрудничества РФ и Ирана. Есть лишь различные спекуляции западных СМИ. 

Россия и Иран правильно делают, что принципиально не раскрывают параметры этого сотрудничества и оставляют его в своеобразной «серой зоне». Поэтому о реальных закупках вооружений мы узнаем уже по факту применения тех или иных образцов на фронте, как это было с дронами «Shahed-129» или «Shahed-136». 

Соответственно, информация о поставках БПЛА «Араш-2» и баллистических ракет может получить подтверждение лишь после их фактического применения по целям на Украине. Полагаю, этот вопрос может проясниться уже в конце ноября или в течение декабря. 

С военной точки зрения, если такая закупка будет совершена, это только плюс для нашей группировки на Украине. Само собой, Иран также выиграет от таких сделок, получая доступ к современной военной технике, которую Россия может продавать Ирану на законных основаниях, так как оружейные санкции ООН против Ирана были сняты осенью 2021 г. 

Логичное партнерство

— Стоит ли вообще всерьёз рассуждать о стратегическом союзе между Ираном и РФ?

— На текущем этапе полноценного военного союза между РФ и Ираном, конечно же, нет, но вот движение по пути углубления стратегического партнерства, очевидно, есть. 

В новых реалиях Иран является естественным и логичным партнером для России в Средней Азии и на Ближнем Востоке. Расширять военно-техническое и экономическое сотрудничество с ним желательно и даже необходимо. 

Разумеется, Иран имеет свои интересы, которые не всегда пересекаются с российскими, но, на мой взгляд, нерешаемых проблем в российско-иранских отношениях нет, а вопросы, вызывающие трения по тем или иным регионам, могут быть сняты к взаимной выгоде.

Кризис американского курса

— Неприятно удивили результаты голосования на Генассамблее ООН касательно «репараций за вторжение на Украину». Вроде как целиком зависящие от РФ республики Средней Азии воздержались при голосовании. Означает ли это, что мы теряем данный регион?

— Удивляться тут не стоит. Россия проводила достаточно пассивную политику на территории бывшего СССР и уже давно допустила проникновение других крупных игроков в привычные зоны влияния, что усиливает «многовекторность» ряда привычных союзников, которые действуют, в том числе, и с оглядкой на врагов России. Это говорит о том, что подходы к политике в ближнем зарубежье необходимо менять, так как текущие недостаточно эффективны. 

Если же брать голосование в ООН, то, с точки зрения не проголосовавших «за», оно стало для России самым успешным с начала СВО, так как продемонстрировало тренд снижения поддержки американского курса — за «репарации» проголосовало менее половины государств ООН, причем большая часть из проголосовавших являются прямыми сателлитами США.

Материал взят отсюда

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector