Грозовые ворота Донецка: без паники и оптимизма

 Грозовые ворота Донецка: без паники и оптимизма

В Донецке идёт проливной дождь, почти тропический, бойцы в точках продажи военного обмундирования спешно покупают дождевики и плащ-палатки: ночами уже холодает. На улицах очень мало гражданских людей и машин из-за постоянных обстрелов по принципу смертельной рулетки, когда никто не знает, что и где может случиться в следующую минуту. Но по трассам чередой идут грузовики с буквой Z. На некоторых бортах белой краской выведены приветы, по которым учишь географию большой России и гордишься теми бойцами, кто едет на помощь Донбассу. «Саратов, вперёд!», «Мы из Башкортостана», «Алания тут». Асфальт гудит, изъезженный тяжёлой техникой. Обстановка в городе искрит напряжением, ПВО и звуки канонады идут фоном обычной жизни. Бои на окраинах не смолкают. Иногда автоматные и пулемётные очереди звучат так близко и неожиданно, что невольно тянешься к телефону, уточнить — нет ли рядом прорыва или охоты на украинских диверсантов? Изматывающий ритм фронтового города, тревожные новости, отсутствие воды, на подачу которой реагируешь в духе «праздник к нам приходит», постоянные перебои со светом и связью выпивают силы. Нет планов. Нет мыслей о прошлом или будущем — есть только «здесь и сейчас».

Соседи хоронят второго сына – оба погибли на харьковском направлении. Первый – весной, второй – недавно. Родители рассказали про опознание, по мельчайшим деталям на останках. Внутри все леденеет, любые слова пусты и бессмысленны. Сослуживцы погибшего мрачны и усталы. «Что там?» — «Плохо». Короткий военный ответ, за которым кроется трагедия людей и событий. Дончане на случившееся в Харьковской области реагируют открыто, горько и обеспокоенно. Нет истерик или паники, за восемь лет войны у людей вынужденно выработалась стойкость к новым испытаниям, а болевой рефлекс притушен ожиданием постоянных ударов. Но непонимание, как так случилось, и главную эмоцию – тревогу, подавить не выходит. Любые разговоры последних дней так или иначе касаются темы положения на фронте. Типичные мысли и чувства дончан прорываются в местных пабликах. Елена Лапина: «Уходим. А как же гибель наших ребят в боях за взятие этих городов? Неужели все напрасно? Брали эту местность несколько месяцев, а сдали за три-четыре дня. Это невыносимо».

Татьяна Муртазина: «Боже, что будет с людьми этих населенных пунктов! Боже, помоги им!».

Таня Иванова: «Седьмой месяц укры зверски обстреливают Донецк, Белгород, диверсии в Курске, Крыму и так далее… Нет уже ни сил, ни эмоций».

Александр Васильев: «Там будет один могильник после прихода туда хохлов, людей жаль. Оставлены города, погибли люди, тысячи беженцев. Я не понимаю этот тактический ход».

Никита Афанасьев: «Пора уже воевать по-настоящему! И до победного конца! Чтобы никаких радикалов на Украине не осталось».

Вячеслав Киселев: «Как так? Везде только и показывают, что подкрепление идёт, ещё с 9 числа видео выкладывали, а теперь такое. По ДНР укропы сыпят снаряды целый день, чего ещё ждать? Так обидно за пацанов и на душе хреново».

Ольга Васильченко: «Интересно узнать, где »красные линии»? Сейчас вера распадается на молекулы, фронт от Донецка не сдвинулся, хаотичный обстрел Горловки, Ясиноватой, Макеевки продолжается. Мирные тоже постоянно погибают. Сколько еще ждать МИРА на Донбассе? Страшно подумать, а если ЛНР и ДНР сдадут?».

Ирина Котова: «Я в шоке и что ждать теперь? Наших мобилизованных жалко, ещё и в плен там их взяли. Что с ними станет, страшно подумать. А мирных людей из Изюма и Купянска укропы теперь прессуют. Сколько можно, зачем брать, чтоб обратно отдать?».

Непонятно людям, что теперь происходит с уровнем доверия. «Как же так, сначала людей в Харьковской области убеждали, что «Россия тут навсегда», а потом зашли украинцы и устроили форменный террор? Довольно слабым утешением на фоне таких событий стали удары по украинским электроподстанциям. Это вообще ни о чем, украинцы все быстро восстановили, а новых ударов так и не последовало. Возможно, там, в Кремле, виднее, что делать. Но я не уверен», — считает Артем Сенченко.

Каждый понимает – ситуация на донецком фронте по-прежнему угрожающая, и примеряет на себя страшный выбор – что делать, если фронт обрушится или сдвинется еще ближе к городу, где остаются жить сотни тысяч человек. Единственная надежда – на наших бойцов, защищающих свои семьи и свою землю. Поэтому отступать просто некуда, нет ни простора для маневра, ни оправданий для него. Есть только долг и цель. Эта мотивация – превыше приказов. «Донецк не сдадут. Тут даже бабы и старики будут воевать, если придется», так считают многие и не сильно преувеличивают. Уровень ненависти к украинским боевикам у большинства зашкаливает и многие понимают, что их ожидает в случае прорыва противника. По данным военкора Андрея Руденко, вероятность контрнаступления ВСУ с угледарского направления – высокая, и там сейчас сконцентрировано более 10 тысяч украинских военных.

Попытки прорвать нашу оборону там были неоднократно, атаки отражались с потерями. Но ситуация все равно ухудшается. Сами жители пгт. Великоновоселовка, расположенной возле Угледара, сообщили, что в их район прибыло очень много украинской техники — танки, бронемашины, и живой силы. Как рассказали люди оттуда, «столько украинских солдат у нас не было за все восемь лет, они стянулись в последние дни, а техника продолжает подходить». Ночами на западное направление от Донецка в сторону скоплений противника уходят пакеты «Градов» и «Ураганов». И ясно, что попытки ВСУ пойти в атаку будут жестко подавляться. Тем не менее, активность украинских боевиков нарастает. Это доказывает и большое количество их разведывательных беспилотников, которые беспрестанно мониторят линию фронта, и вылазки диверсионно-разведывательных групп с целью захвата «языков». Сутки назад на северо-западной линии фронта у Донецка, на занятые нашими силами позиции у села Первомайское зашли украинские диверсанты и взяли в плен бойца. Второго бойца, которого тоже пытались утащить из окопа, удалось отбить после стрелкового боя. Такие же попытки прохода ДРГ были и на других участках фронта, хотя еще два месяца назад украинцы сидели тихо, ровно и боялись нос лишний раз высунуть из укрытий. Не прекращаются и атаки ВСУ на Пески, потерянные украинцами в ходе августовских боев. Как рассказал боец с позывным Док с северо-запада Донецка, «в некоторых местах без противогаза не пройдешь. Много погибших укропов лежит в поле и посадке. Некоторые мумифицированы, потому что высохли от жары. Убрать тела нет возможности. Во-первых, могут быть заминированы. Во-вторых, местность простреливается и в таких обстоятельствах никто не будет их собирать и рисковать своей жизнью. Факт в том, что потери у ВСУ возле Донецка серьезные, и в том, что своих вояк противник бросает и не вытягивает».

Сильно беспокоит и ситуация с несколькими населенными пунктами Донецкой области, которые были ранее освобождены, а теперь их принадлежность непонятна. Жители Святогорска и Богородичного ничего не сообщают на тему «чьи войска в городе и поселке?». Украинские военные выкладывают из Святогорска свои фото у местной администрации и стелы с названием. Глава ДНР Денис Пушилин расплывчато поясняет, что «сейчас в полной мере ни мы, ни противник не контролируем Святогорск». Военные блогеры отмечают, что пришлось оставить село Богородичное к югу от Святогорска, так как «после потери Изюма удержание села потеряло всякий смысл». По поступающим сообщениям, украинцам удалось форсировать Северский Донец, а значит, бои вновь начнутся на его левом берегу, контроль над которым был с таким трудом, кровью и потом достигнут союзными силами. И вот эти все расплывчатые или открыто равнодушные формулировки создают ощущение плохого дежа вю. Вспоминается ситуация, когда украинские вояки захватили поселки Гладосово, Травневое и Чигири на горловском направлении в 2017 году, применив тактику «жабьих прыжков». После чего официальные спикеры республиканцев, делая покер-фейс, объяснили происходящее тем, что это было «оставление позиций в связи с их неудобным расположением» и «планом по заманиванию противника в гладосовский котел». В итоге, из Гладосово ВСУ вытеснили только в 2022 году, благодаря спецоперации.

Так что конфигурация фронта в Донбассе на сегодняшний момент, спустя почти семь месяцев интенсивных боев, оптимизма не внушает. По какой причине произошло обрушение первоначальных планов, почему не удается не только создать буферную зону вокруг Донбасса, но и приходится откатываться, пусть анализируют в Генштабе. Ясно, что за осенней кампанией пойдет зимняя. И Донецку, и другим городам будет очень тяжело.

Наверное, поэтому дончане весьма равнодушно отреагировали на новости о коротком блэкауте на Украине. Это никак не компенсирует прошлых, нынешних и будущих наших испытаний, а если акция по отключению Украины от света была единоразовой, лишь снимающей напряжение в обществе, то и повод для обсуждения слишком мелкий. Тогда это выглядит как в сказке гениального писателя Салтыкова-Щедрина «Медведь на воеводстве», когда медведя назначили воеводой и отправили в лес следить за порядком, а он вместо этого нечаянно съел чижика. Лесные жители только и могли сказать: «Добрые люди кровопролитиев от него ждали, а он чижика съел».

Материал взят отсюда

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector